Старчество как плод духовной культуры монашеской жизни

Blue Flower

Подробности: Автор: Super User; Категория: Подвиги сегодня; Опубликовано: 03 Июль 2026; Просмотров: 352

https://www.berluki.ru/2023/12/%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%87%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE

-%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D0%BF%D0%BB%D0%BE%D0%B4-%D0%B4%D1%83%D1%85%D0%BE%D0%B2%D0%BD

%D0%BE%D0%B9-%D0%BA%D1%83%D0%BB%D1%8C%D1%82%D1%83%D1%80/

Доклад иеромонаха Сергия (Миронюка), насельника Павлово-Посадского Покровско-Васильевского монастыря г. Павловский Посад, на конференции «Древние монашеские традиции в условиях современности» Рождественских образовательных чтений (7 декабря 2023 года).

Старчество, как монашеский институт, основанный на духовном руководстве монаха-наставника аскетической практикой послушника, издревле существовало в монастырях Восточной Церкви. Появилось оно уже в первых монашеских обителях. Из источников, рассказывающих об аскетических подвигах древнеегипетских отцов, видно, что старчество процветало там уже в эпоху прп. Антония Великого. Старчество, порожденное древнехристианским аскетически-мистическим умонастроением, стало основой монастырской дисциплины и духовного окормления будущих иноков.

Основой духовного руководства старцы считали требования христианской аскетики. Благодаря старчеству аскетизм и мистика соединились в единую систему духовного окормления. Так постепенно сложилась определенная традиция «внутреннего делания», как обыкновенно называют всю систему духовного взращивания в православной аскетике. Высшей целью ее является обожение подвижника, которое предполагает длительное и трудное восхождение к Богу: очищение от страстей и искушений является первым шагом в этом восхождении. Лишь совершив это восхождение путем духовного делания, путем опытного делания и созерцания, путем умной молитвы, подвижник приближается к высшей ступени, и тогда для него открываются врата, вводящие в духовное состояние мистического созерцания и безмолвия, на этой ступени он сподобляется соединения с Богом и обожения. Именно этому старец, имевший опыт восхождения по духовной лестнице, должен был учить своих учеников.

Русское монашество в своем развитии от его истоков и до конца XIX в. сталкивалось с определенными трудностями. Монастырской жизни постоянно угрожала опасность обмирщения. В Русской Церкви монастыри не могли совершенно обособиться от народной жизни: вначале потому, что они были культурными центрами страны, позже, с начала XVI в., потому, что к тому времени они вросли в ткань политической и экономической жизни государства, и это ввергало их в процесс обмирщения. Умное делание было повсеместно утрачено. Но в какой-то момент возникло сильное стремление еще раз оживить русское монашество изнутри, возродить умное делание, почти повсеместно утраченное. Необходимо было восстановить институт старчества.

Возрождение монастырской жизни и старчества в России в последней четверти XVIII в. тесно связано с личностью строгого подвижника и пламенного ревнителя аскетических и мистических преданий древнего иночества Восточной Церкви – старца Паисия Величковского, имя которого навсегда останется в истории нашей Церкви.

Преподобный Паисий родился в семье потомственного священника в Полтаве в 1722 году. С юности, возлюбивший монашескую жизнь, будущий подвижник, пройдя послушание в ряде монастырей, был пострижен в рясофор с именем Порфирий. Его учителем был схимонах Василий Поляномеркульский. В 24 года молодой подвижник отправился на Афон, где и был пострижен в мантию своим старцем схимонахом Василием. Затем он переселился в Молдавию, где принял великую схиму. Последним местопребыванием его стал румынский Нямецкий монастырь. В Нямецкой лавре он много трудился над переводами святоотеческих сочинений и создал славянский перевод «Добротолюбия». В Нямецком монастыре хранится более тридцати рукописей, написанных непосредственно Паисием Величковским. Широко известны поучительные труды прп. Паисия. Важную роль в учении Паисия занимает аскетика, которая включает в себя «размышления о смерти» и «Иисусову молитву». Умер святой Паисий настоятелем монастыря в Нямце (Румыния) в возрасте 72 лет в 1794 году. В основу монастырской жизни старец Паисий положил старчество.

Слава великого подвижника, старца Паисия, имевшего особый дар старческого окормления, проникла в Россию. Уже в начале 70-х годах несколько стремившихся к аскетическим подвигам монахов и мирян, наслышанных о Паисии, отправились к нему в Драгомирнский и Нямецкий монастыри, чтобы получить наставление или даже остаться там навсегда под его духовным руководством.

Одним из первых учеников Паисия был старец иеромонах Клеопа 1-й, который перенес основы старчества в Островскую Введенскую пустынь (Владимирской епархии), и благодаря Клеопе эта пустынь стала местом иноческих подвигов. Он был одним из первых насадителей подлинно монашеского жития в России и первоначальником старчества в возрожденной им пустыни. Общежительный устав, введенный Клеопой в этой обители, был потом перенесен его учениками монахами Игнатием и Макарием в Николо-Песношский монастырь.

А потом появился целый сонм подвижников строгой жизни – учеников старца Паисия. Они расселились по всей России и, странствуя из монастыря в монастырь, из пустыни в пустынь, разносили повсюду весть о «благочестивом и чудном отце Паисии», обретая таким образом новых приверженцев старчества, которые становились их учениками. В первом поколении ученики Паисия в основном селились в самых маленьких и самых бедных пустынях южной Великороссии – в губерниях Калужской, Орловской и Курской.

Духовное движение в России под влиянием старца Паисия можно разделить на несколько главных направлений (ветвей), которые условно можно назвать северная, центральная и южная.

— Северная ветвь имела своими главными центрами Валаам, Александро-Невскую Лавру и Александро-Свирский монастырь.

— Южная ветвь – это в первую очередь Площанская и Глинская пустыни.

Первым из учеников преподобного Паисия (Величковского), поступившим в Площанскую пустынь, был схимонах Афанасий (Захаров). С начала и до середины XIX века Площанской пустынью в разные годы управляли ученики и духовные чада преподобного Василия (Кишкина), который, будучи учеником старца Паисия везде старался насадить учение великого старца, основанное на святоотеческом предании, восстанавливая в монашеских общинах дух истинного послушания и смирения.

Глинская пустынь в селе Сосновка (ныне территория Глуховского района Сумской области на Украине) известна с середины XVII века. Но начало особенного подъёма и расцвета духовной жизни в ней связано с настоятельством игумена Филарета (Данилевского), ученика старца Феодосия (Маслова), который сам окормлялся у преподобного Паисия (Величковского). Отсюда берёт своё начало Глинская ветвь Паисиева древа.

Глинская Рождество-Богородицкая пустынь в ряду обителей на св. Руси занимала одно из видных мест по своему благоустройству, по плодам духовной жизни иночествующих в ней, по своему историческому значению», а главное, она знаменита своим старчеством, являющим Глинскую линию русского подвижничества. Глинская пустынь жила по строгому общежительному уставу афонских монастырей, в ней поддерживалась традиция духовного руководства новоначальных иноков опытными старцами, при этом обитель много занималась благотворительностью и духовным просвещением народа.

Перечислим лишь ряд старцев обители: преподобный Филарет Глинский (Данилевский), преподобный Макарий Глинский (Шаров) преподобный Арсений Глинский, архимандрит Святогорский, преподобный Иоанникий Глинский (Гомолко) в схиме Исайя. Под многоопытным руководством старца Исаии сформировался целый сонм духовных подвижников, и эта линия протянулась до середины XX века.

Высокие подвиги и духовные дарования глинских отцов сделали обитель широко известной. Устав пустыни полностью или частично заимствовали не менее 14 русских монастырей. Своей жизнью глинские старцы оказывали огромное влияние на всё общество. К ним устремлялись многочисленные паломники со всех концов России. Многие воспитанники пустыни за высоту своей духовной жизни избирались на начальственные должности в другие монастыри для утверждения там истинно монашеского жития.

Преемники глинского старчества: схимитрополит Серафим(Амелин), схиархимандрит Серафим (Романцов) и схиархимандрит Андроник (Лукаш), схиархимандрит Виталий (Сидоренко) – подвижники XX века – несли монашеское послушание в этой обители в трудное время гонений на Церковь, переняв старческий опыт и сохранив традиции Глинской пустыни.

— Центральная ветвь Паисиева древа распространилась, в основном, в Москве, во Владимирской губернии, в Оптиной пустыни, в Брянском Свенском монастыре и в Белобережской пустыни, в Рославльских лесах на Смоленщине, в Саровской пустыни.

В духовно-религиозной жизни России XIX столетия совершенно особое место занимает Оптина пустынь. Сама пустынь и скит, в котором подвизались оптинские старцы, со временем прославились на всю страну. Здесь сложилась та оптинская школа, которая почти целое столетие (1828–1922) оказывала могучее воздействие на духовную жизнь России. В первую очередь следует упомянуть старцев: Леонида, Макария, Амвросия, Иосифа, Варсонофия, Нектария и Анатолия.

Старчество введено было здесь отцом Леонидом Наголкиным. Иеросхимона́х Лев (в мантии Леонид, в миру Лев Дани́лович Наго́лкин). Преподобный Леонид стал первым Оптинским старцем. Пройдя монашескую школу в Чолнском монастыре у старца Феодора, ученика Паисия Величковского, возродившего древний аскетический опыт по рукописям, найденным на Афоне, он в 1829 году с шестью учениками приехал в Оптину пустынь и вскоре стал духовником обители. Старчество отца Леонида продолжалось 12 лет. Старцы до Леонида духовно окормляли почти исключительно монастырских насельников. Они принимали новоначальных в послушание, и главной их заботой было духовное воспитание иночества. Леонид завершает эту эпоху старчества и открывает новую. Он вывел старчество из монастырского укрытия и распространил его на внешний мир, сделав благословением для всех людей, ищущих духовной помощи и совета. Таким образом, подвиги старца Леонида положили начало новой эпохе в истории старчества. Труды Леонида способствовали превращению Оптиной в духовный центр России, куда устремлялось множество людей, чтобы получить помощь и духовный совет по многим вопросам христианской жизни.

Преподобный Макарий также прошел монашескую школу у ученика Паисия Величковского – старца Афанасия в Площанской пустыни, – а перейдя в 1834 году в Оптину, стал духовным учеником старца Леонида. Это его трудами вокруг монастыря создалась целая плеяда издателей и переводчиков духовной литературы, в которой так нуждалась православная Россия, и укрепилась связь между Оптинским старчеством и русской интеллигенцией.

Преподобный Моисей, призванный в Оптину для создания Иоанно-Предтеченского скита, вскоре стал настоятелем самой обители, и с этого времени началось ее духовное возрастание и слава. Это при нем в Оптиной пустыни зародилось старчество – это он пригласил в обитель старца Льва, сделал духовником братии старца Макария, при нем послушником проходил у старцев духовную школу будущий старец Амвросий. За время его настоятельства монастырем было издано 16 томов святоотеческой литературы. Оптина пустынь — такая, какой она вошла в историю — плод его трудов.

Последним соборно избраннным старцем Оптиной пустыни был преподобный Нектарий Он был учеником старцев Анатолия (Зерцалова) и Амвросия. Под их руководством у него рано проявился дар прозорливости, который он скрывал под личиной юродства. После закрытия монастыря в 1923 году старца Нектария арестовали, а когда духовным чадам удалось вызволить его из тюрьмы, поселился у одного из них в селе Холмищи. Но и туда к нему добирались люди в поисках утешения и совета. Скончался он в 1928 году, дожив до 75 лет.

Преподобный Никон-исповедник поступил в Оптину в 1907 году и вскоре стал письмоводителем и учеником старца Варсонофия, который, провидя его высокое предназначение, готовил его в свои преемники, передавая ему свой духовный и жизненный опыт. Несмотря на гонение Церкви и аресты прп. До конца своей жизни он служил и окормлял людей, исполняя свой пастырский долг. Умер в ссылке в Архангельской области.

Глинские и оптинские старцы и не замыкались в узком кругу монашества, но полностью отдавали себя на служение Богу и ближним. Были видимым образцом деятельной монашеской жизни, несли свет Христов окружавшим их людям. Даже во время закрытия обителей, находясь вне родных стен, старцы своей праведной жизнью влекли к себе сердца христолюбивых людей, были светильниками благочестия. Своими подвигами, добродетелями побуждали людей к подражанию, следуя словам Писания: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16). Имея дух молитвы, они дерзновенно просили за народ. По их молитвам многие пробуждались от греховного помрачения, получали дар искреннего покаяния и становились ближе к Богу.

Таким образом, аскетическая школа отца Паисия Величковского усвоенная русским монашеством, поначалу сохранявшая замкнутый характер, со временем взяла на себя миссию служить не только монахам, но и людям, живущим в миру. Так аскетическая традиция Восточной Церкви в русском старчестве усвоила себе новую форму. Сама суть старчества привела к тому, что постепенно восстановлено было духовное родство между монашеством и народом.